Меню

Сара! В меня выскочил чиряк!

В ресторан на Брайтон Бич заходит старый еврей и спрашивает у
метрдотеля, как ему найти некую Соню Циперович. Тот указывает на
официантку с роскошными формами. Старик подходит к ней:
— Соня, здравствуйте! Простите нескромность, но вы согласны
переспать со мной за двести долларов?
Девушка подумала, деньги вроде неплохие, и согласилась. Сказано —
сделано. На следующий день повторяется то же самое. И на третий день
тоже. Одеваясь, Соня не выдерживает:
— А откуда же вы такой богатенький?
— Ой, я из Иерусалима, на три дня приехал.
— Из Иерусалима? Вот здорово! А у меня там тетя живет! Сима
Циперович. Вы ее не знаете?
— Конечно знаю! Это же она меня и попросила вам передать шестьсот
долларов!

 

Идут по улице два еврея. Один тяжело вздыхает. Второй спрашивает:
— В чем дело, Абрам?
— Ой, вот я сейчас иду на работу, а к моей Саре может прийти Зяма
и переночевать!
— Что вы, Абрам! Сейчас же день, он не сможет переночевать!
— Ой, вы не знаете Зяму — такой может и днем переночевать!

 

— Это правда, что в Одессе всегда отвечают вопросом на вопрос?
— Кто вам это сказал?!

 

— Сара! Сара! Ваш сын ест с помойки!
— Абраша! Много не ешь, скоро обедать!

 

Одесса, тихий дворик, в окне скучающий Семён.Он обращается к
прохожему:
— Жора, таки вы куда?
— Да нет, я домой!

 

— Боря! Не бей так сильно Изю! Вспотеешь!

 

— Циля! Шо ж ви не спрашиваете,как я живу?
— Роза, как ви живете?
— Ой, Циля, и не спрашивайте!

 

— Ой, вы знаете, у Изи такое горе, такое горе!
— Какое горе?
— Он таки умер!

 

Крик с верхнего этажа борделя вниз:
— Мадам Зося! Прикажите кочегарам, чтоб меньше топили! Клиент
потеет и сползает!

 

— Вы случайно не сын галантерейщика Трахтенберга?
— Таки да, но почему случайно?

 

— Роза Соломоновна, что, ваша дочь родила?
— С чего вы взяли?
— Я видела, как она в парке вчера кормила ребенка грудью.
— Ой, так почему же сразу родила?! Если у девушки есть молоко и
свободное время, отчего бы ей не покормить в парке ребенка грудью?

 

— Ой, ваш Абрамчик на лицо — вылитый папа!
— Это не страшно, был бы здоров!

 

Заходит еврей в лавку:
— Почем стоит эта рыба?
— Это окорок!
— Молодой человек, я вас не спрашиваю, как называется эта рыба, я
вас спрашиваю, почем она стоит!

 

— Рабинович, вы с ума сошли! Зачем вы притащили в синагогу собаку!?
— Ребе, это не простая собака, она же умеет петь!
Собака запела. Ребе восхищенно:
— О, вэйзмир, она так поет, что может быть кантором в нашей
синагоге!
— Ребе, я таки ей твержу то же самое. А она не хочет и слушать!
Только зубным техником!

 

В дверь старому еврею звонят. На пороге — соседка.
— Соломон Лазаревич! Вы же меховщик?
— Таки да!
— Так зашейте вашей кошке жопу, чтоб она не срала мне под двери!

 

— Рабинович! Почему вы еще не в Израиле?!
— Зачем? Мне и здесь плохо…

 

— Рабинович! У вас есть разменять сто долларов?
— Нет, но спасибо за комплимент!

 

— Мойше, когда тебя нету дома, соседи про тебя такое говорят!..
— Ой, когда меня нету дома, так пусть они меня даже бьют!

 

— Скажите, вы не знаете, где Дерибасовская?
— Я не знаю, где Дерибасовская? Я не знаю, где Дерибасовская! Да шоб ты сдох, если я не знаю, где Дерибасовская!

 

— Мама, как мине правильно писать — «флякончик» или «фликончик»?
— Ой, напиши «пизурок», и все!

 

Приходит Мессия и все встречают его с песнями, плясками, и барабанами а Рабинович сидит в конторе и кончает рассчеты Ему говорят
-Бросай все — мессия пришел, а он говорит:
-Вот еще несколько строчек допишу и иду. Ему говорят:
-Пошли к храмовой горе, плюнь на все, — а он:
-Еще только минутку.
Приходит Мессия сам и говорит:
-Рабинович, ну сколько тебя можно ждать?
-Ну кто бы это говорил!

 

— Абрам, что такое судьба?
— Ой, это если вы идете по улице, и вам на голову падает кирпич!
— А если мимо?
— Значит, не судьба.

 

Сара! В меня выскочил чиряк!
— Шо, на самом деле?
— Нет, рядом.

 

— Алло, Хаим дома?
— Пока да!
— И я могу зайти?
— Только быстро — через час выносим.

 

— Рабинович! Отдолжите рубль!
— Ой, не могу! Нету с собой!
— А дома?
— Дома? Вашими молитвами, дома все хорошо!

 

Приходит Сара домой из поликлиники:
— Абрам, ты знаешь, то, что мы с тобой тридцать лет имели за оргазм, на самом деле астма!

 

— Циля Марковна! Где вы пропали вчера весь вечер?
— Ой, засиделась у Трахтенбергов и весь вечер играла у них на рояле.
— И я тоже всегда так не любила эту семью!

 

— Абрам! Ваша жена — блядь!
— А ваша?
— Но все-таки…

 

— Почем стоит доехать до Дерибасовской?
— Пять рублей.
— А если я поеду с Изей?
— С Изей, без Изи… Пять рублей.
— Изя, ты слышишь? Я ж говорил, что ты ничего не стоишь!

 

Идет стаpый евpей по улице с палочкой — еле ноги пеpедвигает… По
дpугой стоpоне улицы его обгоняет паpень какой-то. Еврей кpичит ему:
— Молодой человек, вы случайно не в пpачечную?
— В пpачечную.
— Hу тогда за мной будете…

 

Изя и Абрам в ссоре. Абрам, проходя мимо дома Изи и заметив
последнего сидящим у окна:
— Посмотрите на этого урода — еще красуется из окна. Имея такое
лицо, лучше бы уже задницу выставил — было бы приличнее!
— Уже пробовал, так все прохожие сразу спрашивают: «Абрам, что это
вы делаете там у Изи дома, вы же с ним поссорились?»

 

На пляже к девушке подходит молодой человек:
— Девушка, вы прекрасны! Я вас хочу!
— Ой, ну что вы! Я стесняюсь!
— Да? Ну извините! — поворачивается и уходит. Девушка кричит ему
вслед:
— Ой-ой-ой! Он так хочет, как я стесняюсь!

 

Рабинович со своей Сарой бродят по Лувру. Подходят к картине
Пикассо «Нищий и мальчик». Рабинович говорит:
— Да-а-а… Нищий-то он нищий, а вот портрет у Пикассо заказал…

 

— Сарочка! Вы сегодня просто прекрасно выглядите!
— Ха! Это я еще себя плохо чувствую!

 

— Что вы за человек? У вас нет ничего положительного!
— У меня нет ничего положительного? А реакция Вассермана?!

 

— Мойше, я сегодня имел ужасный сон! Прямо кошмар! Софи Лорен, Деми
Мур, Клаудиа Шиффер и твоя Роза дрались между собой за меня!
— И где ж кошмар?!
— Победила Роза!

 

Знаете, Моня, с вашей Сарой спят все, кому ни захочется!
— И я их понимаю! Мне тоже не хочется… А шо делать?!

 

Рабинович после обследования у профессора кладет на стол три рубля.
— У меня обследование стоит десять рублей, — говорит профессор.
— Ах, извините, пожалуйста… Мне сказали — пять…

 

— Сара, сколько ты весишь?
— В очках — сто двадцать килограммов.
— А почему в очках?
— А без них я цифры не вижу.

 

— Мойше, куда вы так бежите?
— Спешу исполнить свой супружеский долг.
— Так вы ж живете в другую сторону!
— Туда я уже не донесу!

 

Ругаются две одесситки:
— Ах ты, старая курва!
— А при чем тут возраст?!

 

— Изя, ты знаешь, твоя жена нам изменяет!

 

— Ой, доктор, ви знаете, я стал слишать на левое ухо сильно слабее,
чем на правое!
— Ничего страшного, это просто возраст…
— Доктор, и ви хочете сказать, что мое левое ухо намного старше
правого?

 

Еврей спрашивает у раввина:
— Рэбе, а во время поста еврей может спать со своей женой?
— Да.
— А с чужой?
— Нет.
— Почему?
— В Торе ясно сказано, что во время поста еврей не должен получать удовольствия.

 

— Моня, твоя жена закрывает глаза, когда ты кончаешь?
— Всегда. Она ж видеть не может, когда мне хорошо.

 

— Шоб ви так жили, как прибедняетесь!

 

— Рабинович! Я слышал, вы стали импотентом?
— Ой, а что поделаешь…
— Ну, и как вам?
— Сказать честно? Как гора с плеч!

 

— Хаим, если бы у тебя был миллион долларов, что бы ты сделал?
— Ничего.
— Как ничего?
— А зачем?

 

— Вы не скажете, почем стоит это мясо?
— Почему не скажу?! Мы с вами разве поссорились?

 

— Вы знаете, я на той неделе был в Бердичеве, так там в трамвае я
видел живого Карла Маркса!
— Ой, не может быть! Шо, в Бердичеве уже ходит трамвай?

 

Мария Исааковна Петрова заполняет анкету. Завкадрами интересуется:
— А почему вы Исааковна? Еврейка, что ли?
— А по-вашему, Исаакиевский собор — синагога?

 

— Добрый вечер, Сара Абрамовна! Как ваша головная боль?
— Ой, ушел играть в карты…

 

— Рабинович! Куда вы так спешите?
— В бордель!
— В шесть утра?!
— Ой, хочу поскорее отделаться.

 

— Мойше, почем у тебя гробы?
— По пятнадцать.
— Ха, у Рабиновича по двадцать, так там хоть есть где развернуться!

 

В трамвае:
— Молодой человек! Почему вы не берете билет?
— Так у меня сегодня день рождения!
— И вы будете его праздновать в трамвае?

 

— Ты знаешь, Абрам, моя Сара такая добрая, хозяйственная, умница…
— Неужели, Зяма, у тебя так плохи дела, что ты продаешь мне жену?

 

— Рабинович, у вас есть, что пожевать?
— Да, но зачем это жевать?

 

— Доктор, я буду жить?
— А шо, без этого никак?

 

Два еврея идут на свадьбу. У обоих в руках по конверту. Один
спрашивает:
— Соломон Лазаревич, и шо вы положили в свой конверт?
— А сам конверт, вы думаете, ничего не стоит?

 

— Скажите, это вы вчера вытащили из проруби моего Абрамчика?
— Да…
— И могу я спросить — тогда где его шапочка?

 

Еврейская семья собирается на похороны. Мойша надевает ярко-желтые ботинки.
Сара:
— Мойша, надень черные ботинки, и идем!
Мойша:
— Я хочу желтые.
— Черные, и мы уже пошли!
— Хорошо. Я надену черные, но никакой радости эти тещины похороны мне не принесут.

 

— Мойше, я слышал — ты в четвертый раз развелся! Неужели все женщины
такие привередливые?
— Нет, только моя мама.

 

— Хая Соломоновна, вы не против сегодня поужинать вместе?
— С удовольствием, Абрам Ильич.
— Тогда у вас ровно в семь.

 

К одесситу подходит приезжий с чемоданом:
— Скажите, если я пойду по этой улице, там будет железнодорожный
вокзал?
— Знаете, он там будет, даже если вы туда не пойдете!

 

— Сема, вы еврей?
— А что, что-то случилось

 

— Изя, я слышал, ты женился на русской. Зачем?
— Знаешь, еврейки так часто болеют…
— А что, русские-таки не болеют?
— Болеют, но их не так жалко.

 

— Мойше! Я видел тебя вчера в очень интересном положении!
— Да? И в каком ты видел меня интересном положении?
— Ой, ты стоял на мосту и чесал свои яйца!
— Было бы интересно, если бы я стоял на своих яйцах и чесал мост!

 

— Профессор, научите, пожалуйста, моего сына играть на скрипке!
— А слух у него есть?
— Вы знаете, когда я его зову, он, как правило, откликается.

 

— Рабинович, вы слышали? Изя серьезно заболел!
— Интересно, зачем это ему понадобилось?

 

— Вы слышали, говорят, что те, кто активно занимается сексом, живут намного дольше…
— А шо я вам говорила! Эта старая проститутка Циля еще нас с вами переживет!..

 

Еврейский мальчик спрашивает:
— А кто такой Карл Маркс?
— Экономист.
— Как и наша тетя?
— Нет, что ты. Тетя Циля старший экономист!

 

— Рабинович! Здравствуйте, шоб вы были здоровые! А вы хорошо
выглядите — и ростом выше стали, и похудели, и волосы на лысине
отросли… Вас просто не узнать!
— Я не Рабинович!
— Так вы еще и фамилию поменяли?!

 

Одесса. Революция. Стук в дверь квартиры. Открывает женщина, на пороге два террориста.
— Мы у вас в окне поставим пулемет.
— Ставьте хоть пушку, но что скажут люди? У меня взрослая дочь, а из окна стреляют совершенно незнакомые мужчины!

 

— Скажите, почему у Моны Лизы такая улыбка? С чего бы это она
улыбалась?
— А вы видели того Леонардо, шо ее рисовал?

 

— Жора, вчера я видел, что у дома, где живет ваша тёща, стоял катафалк. Вас что, можно поздравить?
— Ой, что вы! В этом доме триста квартир, это такая лотерея.

 

— Абрам, это правда, что тебя вчера побили на вокзале?
— Меня?! На вокзале?! Какой там вокзал — полустанок!

 

Идет похоронная процессия, несут гроб. Прохожий спрашивает одного из процессии:
— Ой! Кого хоронят?
Тот, показывая на гроб:
— Его.

 

— Абрам, ты уже устроился?
— Нет, еще работаю.

 

Посреди улицы разговаривают два одессита. К ним подходит третий. Долго молча слушает, резко разворачивается и, уходя, говорит:
— Ой! Та не морочьте мне голову…

 

— Моня, возьми в шкафчике мыло и пойди помой шею. Дядя Яша может
прийти сегодня в гости!
— А если он не придёт, то что, я буду сидеть, как поц с помытой
шеей?!

 

Достался в наследство одному мужику от жутко богатой умершей тетки большой алмаз. Ну, что с ним делать? Решил пойти к ювелиру. Тот внимательно осмотрел алмаз и воскликнул:
— Это — уникальный камень! Он стоит бешеных денег! Я не возьмусь его обрабатывать! А вдруг я что-то не так сделаю, вдруг ошибусь! Нет, не возьмусь я его делать, и не уговаривайте!
Пошел мужчина к другому мастеру. Тот тоже отказался, сославшись на те же причины. Пошел к третьему. Им оказался старый еврей Циперович. Он осмотрел алмаз и крикнул мальчику, сидевшему в углу и обрабатывающему какое-то колечко:
— Моня, мальчик мой, сделай-ка вот этот камушек!
Мужик, с испугом:
— Послушайте, как вы можете доверять вашему юному подручному?! Разве вы не знаете, что это за алмаз?! Его отказались обрабатывать самые опытные ювелиры!
— Ша, ша, любезный! Вы знаете, шо у вас за алмаз и сколько он стоит. Я знаю, шо у вас за алмаз и сколько он стоит. А Моня не знает, и он таки сделает!

 

— Почему ваш ребенок непрерывно орет? Чего он хочет?
— Он хочет орать!

 

— Ребе, если я завещаю все свои деньги синагоге и умру, я попаду в рай?
— Знаешь, Изи, точно обещать не могу, но попробовать, по-моему, стоит!

 

Встрачаются как-то Мойше и Абрам. Мойше грустный такой…
— Мойше, что случилось?
— Да вот… Дом сгорел… Жена при смерти… Дочка на панель
пошла…
— Ой! Да не расстраивайся так! Жизнь — она, как зебра — черная
полоса, потом белая, потом опять черная, потом опять белая… Сейчас
у тебя — черная. Будет и у тебя все хорошо!
На другой день встречаются они опять, Мойше и говорит:
— Ой, Абрам, вчерашняя полоса была таки белая!

 

— Мойше! Откуда у вас такие красивые часы?
— Нравятся? Это мне папа продал, когда умирал.

 

— Мойше, скажите, вы с вашей Басей счастливы?
— А куда деваться?

 

— Ты идешь на похороны Рабиновича?
— Почему это я должен идти? Думаешь, он придет на мои?

 

Едут в трамвае два старых еврея и проезжают мимо дома, где до
революции был бордель. Один глубоко вздыхает. Второй поворачивается к
нему и говорит:
— Вы мне будете рассказывать!

 

Старая еврейка сидит на пляже, а ее внук купается в море. Она кричит внуку:
— Изя! Выйди пожалуйста из воды, чтоб у тебя ножки отсохли!

 

— Вы когда-нибудь видели Рабиновича в драке?
— Нет, а что?
— Боже, шоб вы видели, как его бьют!

 

Хая, почти выпадая с балкона, кричит через двор:
— Са-а-а-а-а-ра! Са-а-а-а…..
На балкон напротив выходит Сара:
— Шо?!
— Или мой Абрам не у тебя?
— А почему твой Абрам должен быть у меня?
— Ну он оставил записку, шо пошел до блядей…

 

— Хаим, где ты сейчас работаешь?
— В негритянском джазе.
— И много у вас там негров?
— Нет, только мы с Мойше. Остальные все евреи.

 

— Рабинович, что это у вас под глазом синяк?
— А пусть не лезут!

 

— Изя, ты вже устроился?
— Нет, работаю пока…

 

Телеграмма: СЕМА ЕБ ТВОЮ МАТЬ ПОДРОБНОСТИ ПИСЬМОМ

 

В картинной галерее, у картины «Переход Суворова через Альпы», стоит полковник — жирный, морда красная, словом, настоящий полковник. К нему подходит старый еврей:
— Скажите, это Сувогов?
Полковник передразнивает:
— Сувогов, Сувогов!
Еврей, показывая на картину:
— Шо вы меня копигуете? Вы его копигуйте!

 

— Послушайте, Циля! Такое горе! Мой Ромочка — голубой!
— Да?! Но он таки встречается с еврейским мальчиком?

 

— Мадам Трахтенберг, ваша Софочка выходит замуж?
— Да, понемножку

 

— Мадам Трахтенберг, когда ваша Софочка думает выходить замуж?
— Всегда!

 

— Мойше, шо вы все время молчите?
— Шоб я в такой мороз руки с карманов вынимал?

 

— Будьте любезны, на что мне сесть, чтоб попасть на Дерибасовскую?
— Сядьте на жопу, вы уже на Дерибасовской!

 

— Абрам, там сбоку дома на досках насилуют вашу жену!
— На досках справа или слева от дома?
— Справа.
— Так успокойтеся, то не мои доски

 

Записка от учительницы к родителям: «Уважаемые родители! Мойте своего
Сему! Он пахнет!»
Ответная записка: «Уважаемая Серафима Львовна! Сему не надо нюхать!
Сему надо учить!»

 

Телефонный звонок:
— Алло, это квартира Сидорова Ивана Петровича?
— Нет, это квартира Каца Абрама Самуиловича.
— Извините, это 22-38-89?
— Нет, это 22-38-88.
— Надо же! В шестом знаке ошибка, а такой эффект…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Проверка комментариев включена. Прежде чем Ваши комментарии будут опубликованы пройдет какое-то время.